Беседа с Денисом Старком, руководителем движения Мусора.Б...

- Денис, недавно ты вернулся из экотурне по городам России. Перед этим ты посетил США, увидел, как организован процесс обращения с отходами, мусоропереработка, как строится работа бизнес-инкубаторов в инновационной сфере.  На твой взгляд, способны ли российские деловые круги, государство и общество к подобному взаимодействию?

- Сначала я посмотрел на Штаты: они высокотехнологичны, в этой стране отлично развита и отлажена взаимосвязь общественных институтов с бизнесом и властью - в этом плане мы от них сильно отстаём. Затем я проехал по России и увидел нашу фишку - это люди.

У нас есть люди, невероятно вдохновлённые той или  иной экологической проблематикой: кто-то животными, кто-то мусором, кто-то строительством домов, экопоселениями, в них чувствуется невероятная энергетика и приверженность своей идее. В Штатах таких людей я не встречал. Там человек может работать продавцом булочек, а может экобизнес развивать, это для него просто работа, бизнес. Безусловно, есть интерес и эмоциональная составляющая. Однако из 40-50 человек, с которыми мы встречались в Штатах, я могу выделить только одну девушку, от которой пахнуло чем-то родным: у неё два образования, она жила в Нью-Йорке, имела хорошую работу, относилась к среднему классу, а потом она всё это бросила и поехала создавать экопоселение. Это нетипичный пример для США. В нашей стране не мало примеров, когда музыканты, актёры уезжают из города поднимать экопоселения, поворачивают судьбу на 180 градусов, отдаются этой идее. Люди - это наша сильная сторона.  В крайнем случае, можно подтянуть технику, заимствовать технологии. С социальными институтами сложнее, но их тоже можно выстроить, причём есть люди, которые могут это сделать. В целом, из экотурне я вернулся очень воодушевлённым.

- Действовать из любви к месту и делу могут только представители низших слоёв общества, как ты считаешь?

- Не обязательно. Есть люди и среди чиновников, которые нас поддерживали, благодарили, обнимали за то, что мы это делаем, за такой интерес к проблеме от общества. В Тольяти мы встречались с руководительницей городского комитета по природопользованию. Видно, что человек болеет душой за своё дело и делает для него максимум, что может. Что касается руководителей предприятий... рассмотрим типовую ситуацию: город Обнинск, на рынке вывоза мусора работают две компании. Первая компания, бывшая государственная, приватизированная, которая владеет 80% рынка, у неё всё отлично, ей не интересны никакие инициативы по спасению природы. Есть другая компания, её доля рынка - 20%, она работает и стремится к расширению своего присутствия на рынке, готова к инновациям, экспериментам. Ставка в сотрудничестве с бизнесом нами делается именно на такие компании, именно у них есть серьёзная мотивация для развития.

- То есть, ты встречал конкретные работающие схемы по мусоропереработке в городах России?

- На самом деле реально работающая схема есть только в одном городе – это Обнинск. Там сделано что-то наподобие нашего Экоблока, только в этом случае рядом с контейнерной площадкой стоят маленькие контейнеры, закрывающиеся на ключ. Дворник, получающий дополнительный заработок за услуги сортировки, складывает туда стекло, бумагу, алюминий, а затем машина увозит вторсырьё на переработку.

- Как люди реагировали на ваше предложение о сотрудничестве с Экоблоком?

- Большинство придерживается выжидательной позиции. Если объективно, в проекте действительно есть слабое место: на сегодняшний день мы еще не прошли оформление по санитарно-эпидемиологической и пожарной безопасности. Поэтому потенциальные партнёры предлагают пока поддерживать контакт, не более. Получается, что бизнесу и чиновникам нужна схема «под ключ», они хотят, чтобы им принесли готовый комплект документов с пройденными согласованиями, готовый бизнес-план, варианты по сбыту. Бизнес ждёт чего-то более готового, при этом есть интерес: «Мы готовы сотрудничать, можем как-то вас поддержать, вы делайте это как общественную инициативу».

К залоговой стоимости тары отношение другое, потому что это уже фактически готовый продукт. Есть опыт проведения данных фестивалей на 20 тысяч, на 50 тысяч человек. У людей сразу появляется другое отношение, поступают предложения на организацию фестивалей залоговой стоимости тары на праздниках городов и других массовых мероприятиях.

- С залоговой стоимостью тары проще, потому что нет завязок на нормы?

- Да, это одна из основных причин.

- Города, которые ты посетил в период проведения Экотурне, достаточно разнородны. Обнинск в принципе является наукоградом, поэтому организация социально-коммунальных служб там на порядок выше, чем в других городах...

- Практически во всех городах нет реального рынка услуг вывоза и захоронения мусора. Зачастую этим бизнесом занимаются приватизированные городские структуры, причём таким компаниям принадлежат и свалки, и транспорт - это  монополия. В некоторых городах на рынке работают три-четыре компании, но реальной здоровой конкуренции нет. Тарифы очень низкие.

В Петербурге вывоз 1 м3 мусора стоит около 300 рублей. По регионам эта цифра составляет 100-120 рублей! Зарплаты региональных рабочих немного ниже петербургских, безусловно, короче логистические плечи, стоимость горючего и техники по регионам варьирует слабо: для меня остается неясным как возникает трёхкратная разница в стоимости на вывоз мусора.

Возникает вопрос о способах выживания региональных перевозчиков мусора. Они говорят, что выживают так же, как и все, компенсируя убытки от обслуживания жилых домов доходами от коммерческих контрактов, заключаемых по завышенным ценам. Но такая схема не является рыночной.

- Появилось ли понимание, что необходимо сделать для формирования такого рынка? Объединяющие кампании одинаковы для всех городов? Схема такая же, как в Петербурге?

- Путь, который я вижу, является эволюционным. В этом секторе коммунального хозяйства необходимо создавать прозрачные компании, которые будут работать по законам рынка, искать «белые» схемы. Только так. Также как с зелёным строительством: как сделать всё строительство зелёным? Нужно строить зелёные здания так, чтобы людям нравилось жить в этих зданиях. Тогда потребители постепенно будут голосовать своим рублём за здания, построенные по зелёным технологиям. Революционных мер я не вижу: медленно, но настойчиво формировать прозрачный рынок, опираясь на людей и компании, ищущих варианты для развития.

Наша общественная организация Мусора.Больше.Нет может их поддерживать своими инициативами. Например, бизнес не в силах организовать серьёзные PR-кампании в сфере обращения с отходами, проводить семинары по этой тематике. Бизнес готов поставить бачки для раздельного сбора мусора, поэкспериментировать, но он не верит, что люди будут в этом участвовать. Роль нашей организации и наших коллег как раз в том, чтобы гарантировать участие общественности, например, инициировав пилотный проект по раздельному сбору мусора для одного жилого дома. Добившись лояльности жильцов дома к проекту, их согласия собирать мусор раздельно, общественная организация продемонстрирует бизнесу возможность осуществления и прибыльность этой идеи. Сами по себе, без работы с людьми, баки для раздельного сбора мусора не работают.

- Можешь ли ты отметить какие-либо отличия в мышлении людей в разных регионах?

- Да. Петербуржцы, услышав о том, что проходит акция по уборке мусора, в большинстве случаев кивают и проходят мимо. Люди, живущие в южных регионах очень эмоциональны, услышав о том, что из Петербурга приехали ребята убирать их мусор, они начинают искренне стыдиться: «Как же так?! Ой, как стыдно!». А потом они начинают сердечно благодарить. У нас даже появилась формула: «Стыд и благодарность»! Непосредственно участвовать в акциях соглашается примерно такой же процент людей, как и в Петербурге, но эмоций там гораздо больше, это хорошо, потому что это тоже своего рода поддержка.

- Сколько времени продолжалось ваше Экотурне?

- Один месяц. Мы посетили 10 городов России, на каждый город отводилось два дня и один день на переезд.

- Каковы были финансовые затраты на организацию Экотурне?

- В общей сложности поездка обошлась нам в 150 тысяч рублей. Основными статьями расходов были траты на бензин, мелкий ремонт автомобилей и питание участников турне.

- Какие цели вы преследовали, организуя Экотурне?

- Цели ставились разноплановые. Одной из основных целей была поддержка региональных групп Мусора.Больше.Нет, их укрепление, создание вокруг них другого уровня общения. Одно дело, когда в городе действуют пять активистов, другое дело, когда приезжает Экотурне из Петербурга, для общения приглашаются местные власти, бизнес. Возьмём, например Тольяти: в первый день было очень заметно, что представители власти смотрят на нашего местного активиста, Марию, сверху вниз. Но благодаря петербургской делегации ситуация меняется в лучшую сторону, на соответствующем уровне проводятся семинары по раздельному сбору мусора, различные мастер-классы.

- Расскажите об участниках семинаров?

- Программа для каждого города была рассчитана на два дня. Один день отводился для организации показов экологических фильмов, дискуссий по соответствующим проблемам, участвовали в этих мероприятиях в основном студенты, волонтёры, активисты.

Второй день проходил в деловом формате, организовывались встречи с представителями местного бизнеса, местных властей, с ними обсуждались проблемы в сфере обращения с отходами, рассматривались различные пути их решения, в том числе и возможность реализации на практике проектов, разрабатываемых участниками движения Мусора.Больше.Нет.

- Кто занимался организацией этих встреч?

- В каждом городе мы искали активиста среди участников нашего движения для помощи в организации встреч и мероприятий в рамках Экотурне в конкретном регионе. Местные организаторы по мере возможности привлекали местных спонсоров: кто-то обеспечивал бесплатное снабжение минеральной водой, кто-то пирожками для кофе-брейков..

- Приглашались ли на ваши мероприятия представители телевидения?

- Безусловно. У нас получилось порядка 20 сюжетов! К сожалению, не было ни одного представителя федеральных телеканалов, но местные телекомпании с удовольствием участвовали в освещении событий, проводимые в рамках Экотурне.

На этой волне мы собираемся осветить первый опыт организации Экологического тура по городам России в СМИ: что и с какой целью сделали, какие получили результаты, приложить все публикации и сюжеты. В ближайшее время мы начнём подготовку к следующему Экотурне.

- Входит ли в ваши планы на будущее привлечение серьёзных инвесторов с целью разрастания проекта?

- Безусловно такие планы есть, сейчас прорабатываются детали. Кроме того, мы собираемся привлекать иностранных волонтёров, представителей европейских организаций.

- Рассматриваете ли вы возможность организации велотура?

- Тур на велосипедах это здорово, но очень утомительно. Кстати у меня был опыт участия в велотуре, мы проехали тогда 7500 км! Была идея организации тура на яхте, под парусом: очень экологично, но затратно.

- Расскажи, пожалуйста, о программе обмена, по которой ты ездил в США?

- Мне посчастливилось поучаствовать в программе «Открытый мир», организованной Д.С. Лихачёвым с российской стороны и одним из сенаторов со стороны США. Идея программы заключается в обмене специалистами из разных областей деятельности (юристы, управленцы, артисты, экологи и др.) с целью обмена опытом, формирования деловых и дружеских взаимосвязей, налаживания общения между жителями двух стран, устранения имеющихся конфронтации, реализации партнёрских проектов и организации совместных мероприятий.

- Какие конкретные мероприятия включала в себя программа?

- Наша группа состояла из 40 российских специалистов. Мы были поделены на 8 подгрупп в зависимости от специализации участников программы: группа юристов, группа государственного управления, группа «Женщины-лидеры», три экологических группы и др. Экологи, специализировавшиеся на лесном хозяйстве, поехали в западные штаты, у них в программе было посещение заповедников, изучение американских принципов лесопользования. В моей подгруппе был уклон на индустриальную экологию: очистка загрязнённых территорий, обращение с отходами, очистка сточных вод, различные общественные организации в сфере охраны окружающей среды, экофермы.

- Вам показывали реальные промышленные объекты, проводили по ним экскурсии?

- Формат мероприятий был следующим: нас привозили на объект, например, университет, или мусоросжигательный завод, или мусоросортировочную линию, представители компании или организации, причём в основном это были либо руководители, либо их заместители, проводили экскурсию.

Затем организовывался круглый стол и мини-семинар. Хочу заметить, что представители компаний, не стесняясь, рассказывали о затратах, размерах прибыли, о доходах сотрудников. Отчасти это было обусловлено тем, что мы из России, поэтому не воспринимались в качестве конкурентов.

- Какие ты можешь отметить особенности в сфере образования в США? Как американские университеты связаны с бизнесом?

- Мы встречались и беседовали с шестью американскими профессорами, чья деятельность была связана с экономикой. Даже фундаментальные исследования в США проводятся с прицелом на их будущее использование на практике, продумывается, какие прикладные решения могут быть приняты, в каких компаниях могут заинтересоваться данными разработками. То есть, в сфере научных разработок отсутствует принцип «электрон ради электрона».

- Какие условия создаются для старта инновационных научных проектов?

- Вся эта система крутится по спирали, невозможно определить, где начало, а где конец, всё взаимосвязано. Начнём с образования. Университеты в США выполняют две основные функции: готовят кадры и генерируют идеи, открытия.

В штате Нью-Йорк 13 университетов, расположенных достаточно близко друг от друга, на расстоянии 100-150 км (в Штатах вузы разбросаны по территории сеткой). Крупные компании, такие как GE, GM, Toyota, размещают свои лаборатории вблизи университетов. Для студентов создана научная поддержка в университетах. Лаборатории, профессора, технологии - это мощный фундамент науки.

В лабораториях фундаментальные открытия доводятся до уровня разработанных технологий, то есть, появляются опытные образцы станков, солнечных батарей и т.п. Это, в свою очередь, доказывает результативность и реальность научной разработки.

В США хорошо развита и проработана система бизнес-инкубаторов. Схема их работы следующая: выпускник бизнес-университета, выбрав из имеющегося списка разработанных новых технологий на его взгляд самую перспективную, приходит в бизнес–инкубатор. Ему выделяется помещение на 10 человек с мебелью, интернетом, телефоном на три года за 100 долларов в месяц.

Молодым специалистам остаётся найти соответствующих специалистов, подготовить бизнес-план, продумать маркетинговую политику. В этом же здании сидят консультанты по стратегическому планированию, по маркетингу, по инвестициям (причём их услуги бесплатны), способные помочь начинающим компаниям разобраться в тонкостях ведения инновационного бизнеса.

За три года компании дорастают до состояния реально работающего бизнеса. Местное правительство заинтересовано, чтобы компания работала и развивалась в соответствующем регионе, оно пытается различными способами заинтересовать бизнес, чтобы он не менял место дислокации.

- Кем поддерживаются бизнес-инкубаторы: деловыми или образовательными кругами?

- Образовательные круги обеспечивают приток новых специалистов в сфере маркетинга, менеджмента. В основном, бизнес-инкубаторы живут за счёт своих выпускников. Когда компания, вышедшая из бизнес-инкубатора, начинает получать прибыль, часть своей прибыли она отдаёт бизнес-инкубатору, причём это не обязательство, а просто бизнес-этика, так выражается благодарность.

Круг замыкается, на эти деньги поддерживаются следующие проекты, которые снова развиваются. Дальше, когда компания достигает серьёзного уровня развития, она уже может спонсировать работу лабораторий, полноценно включается в эту многомерную систему.

Выйти на зарубежные рынки бизнесу помогает Министерство внешней торговли США. Оно предоставляет компаниям возможность общения с зарубежными партнёрами через свои представительства в соответствующих странах, а также помогает с переводом, с культурным взаимодействием.

-  Получается целостная, эффективная, отлаженная структура для внедрения инноваций...

- Безусловно.

- Как в США организована работа по переработке мусора?

- В штатах в сфере переработки мусора применяется схема, вполне подходящая для России. Основная особенность этой схемы состоит в том, что между бизнесом, властью и гражданами создана прослойка из общественных организаций. В том округе, где мы находились, ответственность общественной организации за переработку мусора обеспечила решение двух проблем.

Первая проблема заключается в невысокой эффективности власти в управлении бизнес-процессами, её консерватизме, косности. Вторая проблема состоит в невысоком уровне доверия к бизнесу со стороны жителей: бизнес 50-70-х гг. бесконтрольно загрязнял природу страны.

В настоящее время американцы сильно озабочены проблематикой охраны окружающей среды. Хотелось бы отметить, что как в предупреждение загрязнения окружающей среды, так и в мероприятия по очистке уже загрязнённых объектов в США вкладываются огромные инвестиции, реализуются сложные с технологической стороны проекты. Это не может не радовать. Однако недоверие граждан к бизнесу остаётся.

Данную проблему решает присутствие общественной организации, ответственной за весь процесс переработки мусора. Общественная организация нанимает бизнес, контролирует соблюдение норм, именно ей верят жители! Создание таких организаций было инициировано государством.

Общественные организации не преследуют цель получения прибыли, у них есть миссия: наладить переработку мусора в округе, они получают доходы от тех бизнес-процессов, которые запускают, но они эти доходы идут на образование, на развитие новых проектов. Например, в округе Нью-Йорк сейчас запущен пилотный проект по переработке органических отходов, которые на данный момент в основной массе не перерабатываются, а просто сжигаются. Из органики планируется готовить компост и продавать его фермерам для использования в качестве удобрения.

Другой пример: мусоросжигательный завод производит электроэнергию,  общественная организация получает доход с ее продажи. На мусоросортировочной станции из общей массы отходов изымается алюминий, пластик, стекло, бумага, эти материалы продаются на вторичное использование -это снова доход для общественной организации, он идёт на просветительскую деятельность и пилотные проекты. Такая схема работы рождает доверие граждан, решает конфликт между бизнесом и властью.

- Интересна обратная связь с населением. Как в деятельности общественных организаций учитываются пожелания населения, особенности их быта, устоявшиеся схемы взаимодействия внутри общества?

- В США развита система проведения публичных слушаний. К примеру, при запуске проекта по строительству мусоросжигательного завода возникло большое количество протестов и опасений со стороны общественности. Строительство завода началось только после того, как в результате проведения нескольких публичных слушаний жители одобрили реализацию проекта.

Необходимо отметить, что важную роль в процессе проведения слушаний играла общественная организация. Вообще мусоросжигание в США проводится на  очень высоком уровне.  Фильтры, используемые для очистки газов, образующихся в процессе сжигания отходов, занимают две трети всей территории мусоросжигательного завода.

В США современный мусоросжигательный завод стоит около 400 млн долларов, за эту сумму реально построить завод, который будет безопасен для окружающей среды (кстати завод с аналогичной производительностью в России стоит 50 млн долларов, вопрос в его экологичности). На одном из таких заводов для нас проводил экскурсию директор предприятия, он зашёл в камеру, где собирается пепел, без респиратора или иных средств защиты, и на вопрос, не вредно ли это, он заявил, что это абсолютно не опасно: все опасные фракции удаляются на более ранних стадиях очистки. Этот пепел вывозится на обычные полигоны. 

- Денис, расскажи, пожалуйста, об альтернативных деньгах?

- Всем известно, что современная денежная система построена на банковском проценте. Грубо говоря, если у тебя есть деньги, то тебе платят процент, или, если ты ушёл в минус и взял кредит, то ты платишь штраф (процент) за то, что ты пользуешься чужими деньгами. Альтернатива этой системе – денежная система, построенная на следующем принципе: если у тебя есть деньги, то ты платишь штраф, то есть ты платишь штраф за то, что ты не используешь деньги. Т.о. оптимум системы возникает в том случае, когда у тебя ноль денег, то есть, когда их поток есть, а остатка нет.

- Как связать альтернативную денежную систему с государственной? Возможна ли перестройка существующей системы?

- Невозможно перестроить существующую систему, потому что у неё очень большая инерция. Она будет существовать в таком виде, как существует сейчас. Но возможно ввести параллельную денежную систему. Осуществляется это следующим образом: несколько людей (компаний) договариваются использовать некоторую новую денежную систему параллельно существующей, они понимают положительные стороны этой системы.

Будучи созданной, эта новая система начинает притягивать новых членов, потому что как только у её участников появляются деньги, они вынуждены, мотивированы их потратить, причём потратить быстро, следовательно начинается поиск людей (компаний), у которых они могут что-то приобрести. Например, хозяин кафе после потери 20-ти потенциальных клиентов, желавших расплатиться альтернативными деньгами, задумается о целесообразности проведения расчётов с их использованием.

- Работодатель тоже является своего рода центром, в котором скапливаются эти деньги. Заинтересован ли он их отдавать?

- Да, он также в этом заинтересован. Подобные альтернативные денежные системы были внедрены в Германии в 30-х годах. Обычная марка за месяц проходила в среднем через 200 сделок, за то же время единица альтернативных денег, «бона», вступала в сделку в среднем 800 раз, то есть в четыре раза чаще меняла своего хозяина. Значит, одна купюра обеспечивала в четыре раза была эффективней для экономики страны.

- Как убеждали людей использовать альтернативные деньги?

- Впервые альтернативная денежная система была внедрена в немецком городе, в котором в то время наблюдалось плачевное состояние экономики. Мэр города, человек просвещённый, интересовался экономическими трудами об альтернативных деньгах.

В определённый момент ему пришлось публично признать перед городом то, что местная казна была пуста, а единственным вариантом выхода из кризиса было внедрение альтернативной денежной системы. Таким образом, параллельно с немецкими марками были введены банкноты, от которых каждый день отрезались купоны.  Банкнота теряла в цене определённую долю за каждый день, когда она не использовалась, буквально таяла в руках.

В период кризиса люди стараются копить деньги, замедляют тем самым экономику, усугубляя и без того неблагоприятную ситуацию. Вернёмся к немецкому опыту: люди начали очень быстро оборачивать альтернативные деньги. За год экономика города сделала рывок, они строили дороги, мосты, люди стали выплачивать налоги за будущий год! Те отрасли хозяйства, которые остановились из-за отсутствия денег, вновь начали работать, получив новую, более эффективную систему взаиморасчётов.

- Чем закончилась история в этом городе?

- Эффективность альтернативной денежной системы была хорошо видна, поэтому ещё около 200-т городов Германии подхватили эту инициативу. Повсеместно, где параллельно с официальной была внедрена альтернативная денежная система, в течение пяти лет наблюдался подъём.

В результате, центральный финансовый аппарат Германии почувствовал опасность. Ведь если у каждого города есть свои деньги, которые обеспечивают развитие его экономики, то центральный контроль денежной системы теряет своё значение, от центрального финансового аппарата страны никто не зависит. Поэтому альтернативные деньги были запрещены. Города снова пришли в упадок.

- Есть ли ещё примеры внедрения альтернативных денежных систем?

- В США сейчас запущен похожий проект: введена альтернативная валюта тайм-доллар, но условиями проекта  не предусмотрено наложение штрафов за простой денег. Выгода заключается в локальности этих денег, стимулировании ими локальной экономики.

Альтернативные денежные системы применяются в Канаде, Швейцарии, других странах, но это явление не носит глобального характера.

- Получается, что при вводе таких систем государство теряет рычаг контроля, а экономика наоборот получает активные механизмы.

- Взглянем на понятие инфляции: вчера у человека лежала 1000 рублей, сегодня государство эмитировало некоторую денежную сумму, теперь на ту же 1000 рублей человек может купить меньше, чем вчера, вчера это была буханка, а сегодня ¾ буханки хлеба. Это - конфискация денег. И это механизм, от которого государство, скорее всего, не захочет отказываться. Исключением является кризисная, тупиковая ситуация, когда государство понимает, что  иного выхода, кроме внедрения альтернативной денежной системы, нет. Только тогда государство может позволить этой системе существовать и поднимать экономику.

Вся денежная масса в стране – кредитная. Машина - в кредит, квартира - в кредит, оборудование - в кредит. Предположим у банка есть 1000 рублей. Он раздал 10 кредитов по 100 рублей и сказал, чтобы через год ему вернули по 110 рублей. Получается, что если кто-то вернёт 110, то у кого-то останется 90, именно ему придётся сделать всё, что угодно - нерационально использовать природные ресурсы, загрязнять окружающую среду - но заработать недостающие 20 рублей, хотя это невозможно.

Такая тупиковая ситуация компенсируется тем, что государство проводит дополнительную эмиссию денег, банки выдают новые кредиты. Однако периодически происходят дефолты, в процессе которых списываются долги. Это можно сравнить со свистком, через который выходит пар из чайника: если бы этого не было, то всё было бы очень очевидно: либо отдаёшь 110 рублей, либо 90 рублей. Получается, что каждый из участников игры старается выдавливать максимум из общества, из своих сотрудников, из природы, для того, чтобы получить эти добавочные проценты. 

Альтернативные деньги гораздо менее конкурентны, потому что в альтернативной системе отсутствует накопление, и деньги просто выполняют функцию меры при обмене. Представьте себе универсальный бартер. Например, я оказываю услуги по проведению семинаров, но мне нужно где-то жить и что-то кушать и т.д. Если я хорошо провожу семинары, то я получаю хорошую еду, если плохо – плохую. Единственная проблема в описанной схеме – неудобство по времени, ведь я провожу семинары раз в неделю, а кушать хочу каждый день.

Именно поэтому обществу нужен универсальный измеритель, эквивалент труда. Система с альтернативными деньгами даёт чёткий прозрачный эффективный инструмент, который не меняется во времени.

Эта беседа, записанная и опубликованная только сейчас, в середине зимы, греет разумными словами о ценности людей, благодаря которым и свершаются все дела - и созидание, и разрушение.

В основной текст не попал рассказ об одной удивительной встрече, которая, как поделился Денис, сильно изменила его восприятие происходящего. Встреча эта произошла возле  Белого дома в Вашингтоне - возле него уже 20 лет посменно сидят два человека, с одним из которых и пообщался Денис. Это был хиппи-образный, длинноволосый человек, с татуировкой на лбу «Start Loving».

Что он делал возле Белого дома? Изменял окружающий мир своим действием - сидением, отвечанием на вопросы, привлечением внимания, бытием. На вопрос Дениса «Ну как, есть влияние на правительство?» был ответ «Who is the government?». Оказалось, что эти двое человек сидят около Белого дома только потому, что там много народа ходит и именно эти люди, а не «правительство», осуществляют дела – открывают Национальный парк, например. 

И беда, и решение во всех нас. Пока каждый из нас не задаст себе вопрос: "А что я делаю, чтобы изменить ситуацию?", окружающий мир не станет лучше.

Пока мы будем ругать правительство за проваленную программу сортировки мусора, пока бездумно будем выкидывать в общее ведро и лампы, и батарейки, пока не приведем в порядок свой (СВОЙ!) двор, подъезд и т.д. - ничего не изменится!

"We need to be the change we wish to see in the world" 

 "Мы должны сами стать тем изменением, что желаем миру"

/Махатма Ганди/

Спасибо за помощь в подготовке публикации Евгению Тисленко